Казахстан: Уроки четырех лет после 'Қанды Қаңтар'

Прошло четыре года с момента январских событий, известных как "Қанды Қаңтар". Эти дни стали переломным моментом для политической системы Казахстана. Корреспондент обсудил с политологами, какие изменения последовали после Кантара и какие уроки страна усвоила.

Работа специалистов по "революциям" – Президент о Кантаре

5 января в газете Turkistan вышло большое интервью Главы государства Касым-Жомарта Токаева, в котором он высказался о событиях Кантара. Президент отметил, что массовые беспорядки охватили 12 городов страны и привели к захвату зданий областных акиматов и правоохранительных органов.

"Участники дискуссий о Қаңтаре зачастую уходят в детали, не имеющие значения для понимания всей глубины кризиса. Винить их в этом было бы несправедливо, но эмоции — плохой попутчик в поисках истины. Много говорят о хаосе в Алматы, и это можно понять, однако надо помнить, что массовые беспорядки, будто по мановению палочки злого волшебника, а если быть точным — по приказу путчистов, одновременно охватили двенадцать городов страны и привели к захвату многих областных акиматов и зданий правоохранительных органов".

Глава государства пояснил, что зачинщики беспорядков действовали под руководством специалистов по "революциям". По его словам, они использовали решение правительства о росте цен на топливо и вывели граждан на демонстрации.

Хронология Январских событий

• 2 января: жители Мангистауской области вышли на митинг из-за роста цен на сжиженный газ. Цена литра топлива увеличилась с 60 до 120 тенге.
• 3 января: Президент поручил рассмотреть ситуацию в Жанаозене. Он признал право граждан на мирный протест, но призвал соблюдать закон. Акции протеста начались в Астане, Алматы и других регионах.
• 4 января: мирные митинги переросли в беспорядки и погромы. Президент призвал народ к благоразумию. Ночью в Алматы и Мангистауской области начал действовать режим чрезвычайного положения.
• 5 января: правительство ушло в отставку. Власти ввели регулирование цен на продукты и топливо. Беспорядки усилились, участники погромов сожгли акимат и захватили резиденцию Президента.
• 6 января: чрезвычайное положение начало действовать по всей стране. Число пострадавших превысило 500 человек. Совет безопасности объявил антитеррористическую операцию.
• 7 января: беспорядки продолжились в Мангистауской, Актюбинской и других областях.
• 8 января: ситуация начала стабилизироваться. В Алматы службы приступили к зачистке улиц.
• 11 января: правоохранительные органы задержали почти 10 тысяч человек. Всего в результате массовых беспорядков пострадали 4578 человек.

Чему научил Кантар

События Кантара разделили жизнь казахстанцев на "до" и "после", отмечает политолог Замир Каражанов. Он обращает внимание на правовые последствия январских событий. По его словам, после Кантара в Казахстане впервые начались судебные разбирательства, которые затронули не только участников беспорядков, но и сотрудников правоохранительных органов и КНБ.

"Ни после декабрьских событий, ни после Жанаозена у нас не возбуждали уголовные дела в отношении полиции и других силовых структур, которые применяли силу или использовали её неправомерно. Я считаю, что в этом и заключается особенность этих событий".

Эксперт считает, что эти процессы стали важным сигналом для укрепления правового государства:

"Это может казаться кому-то незначительным событием, но с точки зрения укрепления правового государства и правового режима это очень важный знак и сигнал. Он показывает, что нельзя пренебрегать законами и правами граждан – независимо от того, кто нарушает закон: мародёры или сотрудники правоохранительных органов".

Другим важным изменением эксперт называет завершение транзита власти.

"До 2022 года существовал 'усечённый формат', при котором полномочия действующего Президента были ограничены. В 2022 году в этом вопросе была поставлена точка".

Отдельно эксперт упомянул отмену "закона о Елбасы":

"С этим законом было связано понятие 'семья'. Это была далеко не легитимная и не правовая форма влияния на процесс принятия решений в стране".

По мнению политолога, эти изменения позволили Президенту перейти к активной кадровой политике:

"До 2022 года назначения и перестановки носили редкий, эпизодический характер".

Эксперт также отметил появление новых институтов и механизмов, таких как Конституционный суд и право граждан подавать петиции. По его словам, эти инструменты требуют дальнейшего развития.

Кроме того, Каражанов считает, что общественное отношение к массовым беспорядкам изменилось: люди увидели реальные риски разрушения городов и влияние провокаторов.

Подорвана абсолютность личной верности

Политолог Газиз Абишев считает, что главным уроком январских событий для казахстанской бюрократии стало разрушение представления об абсолютной личной верности политическим и государственно-бюрократическим командам.

По его словам, после арестов влиятельных фигур чиновники поняли, что подобная лояльность не гарантирует защиты от ответственности:

"Всем стало ясно, что если пали такие фигуры, как Карим Масимов, это означает, что такого универсального, абсолютного направления личной верности не существует".

Абишев поясняет, что в течение многих лет в системе формировалась многоуровневая иерархия лояльности:

"Наивысшая лояльность – непосредственно к твоему патрону, специальная лояльность – по отношению к лидеру всей политической системы, и третья – лояльность по отношению к государственным интересам".

По его словам, после Кантара чиновники осознали, что игнорирование государственных интересов неизбежно приводит к последствиям.

"Сейчас все поняли, что на самом деле рано или поздно придёт расплата, если государственные интересы сильно отшвыриваются назад".

Эксперт добавляет, что это напрямую повлияло на поведение бюрократии. Чиновники стали внимательнее относиться к своим решениям, понимая возможный конфликт между личной лояльностью и государственными интересами.

"Если сейчас возникает конфликт интересов между интересами моей личной лояльности и государственными интересами, и я выбираю сторону патрона, то в среднесрочной перспективе возникает вопрос – как мои действия оценит неизвестный, нейтральный правоохранитель".

Абишев отмечает, что такая модель мышления сегодня характерна для всей системы. Обратной стороной этого процесса стало замедление принятия решений. По мнению эксперта, это связано с попытками чиновников перестраховаться, тщательно обосновывать свои действия и избегать конфликтов интересов.

В то же время политолог подчёркивает, что после Кантара усилился акцент на конституционной легитимности.

"Конституционная легитимная сила всегда сильнее, нежели какие-то рукотворные надстройки".

По его словам, именно этот вывод чиновники сделали в пользу государственных интересов и правовой логики.

Необходимо опираться на общественность

Политолог Талгат Исмагамбетов отмечает, что после января 2022 года политическая система стала менее косной. В обществе выросли ожидания социальной справедливости. Эксперт подчёркивает, что это особенно проявилось после заявления Президента о том, что 162 человека владеют половиной национального дохода, что вызвало рост политической активности населения.

"К сожалению, эти ожидания, включая введение идей нового, справедливого Казахстана, постепенно стали тормозиться".

В качестве примера политолог приводит парламентские выборы 2023 года. По его мнению, они показали, что политическая среда и власть не были полностью готовы к конкуренции, несмотря на появление новых партий.

В качестве последствий Кантара Исмагамбетов выделяет создание Национального курултая, развитие местного самоуправления и анонс прямых выборов акимов районов и городов областного значения.

"Можно сказать, что Президент идёт впереди госаппарата, но инерция и интересы региональных групп часто тормозят инициативы".

Среди извлечённых уроков Кантара политолог отмечает рост социальных расходов: власти стали больше обращать внимание на минимальные зарплаты и пособия. Низкий уровень жизни и закредитованность населения стали пусковым механизмом протестов в 2022 году.

В целом, все политологи сходятся во мнении, что Январские события стали отправной точкой для глобальных реформ в Казахстане. Они привели масштабным изменениям в политической структуре страны, законах, появились новые механизмы прямого диалога с обществом. Но также ключевой мыслью экспертов можно назвать тезис о том, что одной только политической воли для достижения результатов мало и госаппарат зачастую медленно адаптируется к изменениям.